Кризис в головах

«Теперь всем правят „новые тупые“, и имя им легион»
Интервью с переводчиком Алексом Керви

Алекс Керви
// zen.yandex.ru/discoursio
Алекс Керви (Англия, ноябрь 1995 года)

Алекс Керви – известный российский переводчик. Он одним из первых переводил на русский язык книги Хантера Томпсона, Уильяма Берроуза, Ирвина Уэлша и создал знаменитую «оранжевую серию», также известную как «Альтернатива», где издавалась классика контркультуры.

Алекс рассказал Дискурсу, к чему приводит монополизация книжного рынка, как он почувствовал закрытие «Династии» и зачем взял себе псевдоним.

Привет, Алекс. Первый вопрос будет немного неожиданным: когда уже твой красный диплом «Субкультуры США и Великобритании с конца 1940-х по наши дни» издадут в формате книги?

С адаптацией моего диплома в книгу ситуация такая: издательство, которое планировало опубликовать этот текст, меня кинуло, объяснив это кризисом. Книгу я дописал, рукопись они видели. Инициатива исходила от них. Собственно, ситуация простая — они пообещали гонорар в две тысячи долларов с учетом того, что я по своим каналам помогу с реализацией, в контракте оговорено множество кабальных условий. Пришел подписывать в декабре, мне говорят — сейчас кризис, мы тебе заплатим по курсу 30 рублей за доллар, а я вежливо послал их в одно место. Придется печатать книгу самому.

Кризис? А как он проявляется в издательском деле?

На самом деле в книгоиздательском деле он начался не сейчас. Это явление не просто текущего момента, по большому счету он стал проявлять себя в конце 2005 года и был связан с перенасыщенностью рынка, кризисом перепроизводства. Издательские гиганты типа АСТ и «Эксмо» безостановочно гнали продукцию массовыми крупными тиражами, расходы на печать, на содержание издательств — так называемые административные расходы — все возрастали, а книги стали покупать все меньше и меньше. Книгоиздательские монстры изо всех сил старались монополизировать рынок, скупая все проявившие себя таки или иначе небольшие издательства. АСТ в итоге сломало себе на этом хребет и было поглощено конкурентом. Созданная ими огромная дистрибутивная сеть однообразных магазинов с не менее однообразным ассортиментом также провалилась: туда ходило по несколько человек, и книги просто пылились на полках, а содержание книжных магазинов недешево. И поскольку заправляют процессом люди, ориентированные на прибыль, а не на качество продукции, то закрытие таких сетей стало вполне естественным процессом. На самом деле лучше иметь в каждом городе по несколько культовых магазинов, куда будут ходить все, чем десятки сетевых книжных с ширпотребным ассортиментом, которые изначально обречены на провал.

Например?

Кризис не сказался на деятельности таких культовых в Москве книжных, как «Фаланстер» и «Циолковский». У них своя сложившаяся аудитория, люди предпочитают ходить скорее туда, чем куда-либо еще, а конкурентов не видно. Сетевое распространение книг также сыграло свою роль, но аудитория, предпочитающая печатное издание цифре, по-прежнему сильна, просто она сильно избирательна, и удовлетворить ее не так просто. Сокращение тиражей в нынешних реалиях тоже естественный процесс, лишь немногие книги выстреливают. Лучше выпустить тысячный тираж, и в случае успеха допечатывать небольшие тиражи на основе цифровой печати, чем выпустить три тысячи и забить свой склад непродающимся товаром. То, что раскупленные книги не переиздаются, связано с целым рядом причин — авторские права, скандалы, связанные с изданием того или иного автора. Так случилось со многими книгами серии «Альтернатива» — ни для кого не секрет, что АСТ, например, совершенно отказалось от Ирвина Уэлша; та же судьба ждет Уильяма Берроуза, а потом Хантера Томпсона, поскольку они наносили вред репутации респектабельного издательства. Все книгоиздательские монстры стремятся к респектабельности, так сказать, хотят иметь вполне человеческое лицо — зачем им какие-то проблемы и скандалы. Тут не поможет даже то, что автор приносит прибыль, поскольку конфликт со структурами типа Госнаркоконтроля себе дороже и в итоге причинит ущерба больше, чем сиюминутная прибыль.

На самом деле только небольшие издательства, движимые энтузиазмом и энергией основателей, по-настоящему могут заботиться о спорных авторах и их книгах, поскольку изначально понимают, что книгоиздание дело неблагодарное, во многом убыточное, и не ориентированы на поточную прибыль. Ведь именно на нее ориентированы люди, которые во многом заправляют издательским процессом в нашей стране; де-факто 75 процентов рынка принадлежит одному человеку, остальные же просто стараются выжить. Поскольку мало кто из так называемых нормальных людей будет терпеть убыточное предприятие, издательства закрываются — да, это факт. Происходит резкое сокращение массовой аудитории, молодое поколение, зацикленное на интернете, читает все меньше и меньше, а с другой стороны сокращается выбор не в лучшую сторону. Скажем, когда в определенный момент книги серии «Альтернатива» были доступны всем и стоили вполне дешево, их просто перестали покупать из-за того же кризиса перепроизводства. Как только серия закрылась, люди стали искать эти книги, переплачивать втрое или вчетверо за то или иное издание, хотя могли купить их раньше, когда все было доступно. Такой вот парадокс. И в самом деле, перефразируя Булгакова, кризис, как и разруха, — это не мифическая старуха, которая перебила клюкой все лампочки в сортирах. Кризис во многом в головах. Теперь всем правят, как писал Хантер Томпсон, «новые тупые», и имя им легион.

Continue reading

Увлекательная математика

Удивительные факты из мира математики

Алекс Беллос. Красота в квадрате. Как цифры отражают жизнь и жизнь отражает цифры. М., МИФ, 2019.

Цифры, функции и геометрические фигуры — это сплошное удовольствие. Да и сама математика — просто очень удачная шутка. Когда вы это поймете, то обязательно полюбите «царицу наук» всем сердцем. Так считает Алекс Беллос, автор книги «Красота в квадрате». Вот несколько любопытных фактов из нее, которые помогут погрузиться в безумно интересный мир чисел и графиков.

Секрет королевы

queen coins
// finam.info

Одна из интереснейших математических головоломок сводится к перекатыванию одной монеты вокруг другой. Положите две одинаковые монеты с изображением королевы рядом друг с другом на стол, разместив их короной вверх. Прокрутите левую монету вокруг правой. В какую сторону будет направлена корона, когда монета окажется с правой стороны?

Вы предположите, что монета окажется в перевернутом положении, поскольку она прошла только половину пути вокруг неподвижной монеты? Это ошибка. Королева делает полный оборот, что на первый взгляд противоречит здравому смыслу. Дело в том, что монета вращается вокруг себя и вокруг другой монеты. Движение происходит в двух независимых направлениях. На каждый градус перемещения левой монеты вокруг правой приходится два градуса ее вращения вокруг себя.

Почему четное число не может быть мистическим

Шумеры придумывали для чисел названия, пользуясь имеющимися в их языке словами. Например, для обозначения единицы употреблялось слово ges («геш»), второе значение которого — мужчина или фаллос. Двойка обозначалась словом min («мин»), также символизирующим женское начало. Возможно, это подчеркивало то, что мужчина занимает доминирующее положение, а женщина — лишь дополнение к нему, или характеризовало мужской половой член и женскую грудь.

Греческий мыслитель Пифагор, живший в VI веке до нашей эры, провозгласил нечетные числа мужскими, а четные — женскими, тем самым подтвердив отмеченную шумерами ассоциативную связь между единицей и мужчиной, а также двойкой и женщиной. Он утверждал, что нежелание делиться на два — это признак силы, тогда как склонность к такому делению — признак слабости. В христианстве это нашло отражение в мифе о сотворении мира: Адама Бог создал первым, а Еву — второй.

Эти предрассудки сохранились до наших дней. Мистическими по-прежнему считаются только нечетные числа.

Фокус с цифрами

Если подсчитать частотность первых цифр во всех числах, которые вы найдете на первой полосе любой газеты, то можно заметить интересную закономерность. Вы увидите, что числа, начинающиеся с цифры 1, встречаются чаще всего; затем следуют числа, первая цифра которых 2, потом 3 — и так далее до цифры 9, которая используется в начале чисел реже всего. Это действительно невероятно. Попробуйте сделать это сами!

В 1938 году, физик из General Electric Фрэнк Бенфорд открыл феномен первой цифры, обратив внимание на потрепанность страниц в книгах с таблицами логарифмов. Он изучил распределение первых цифр исходя из таких данных, как население городов США, адреса первых нескольких сотен людей из биографического справочника американских ученых American Men of Science, атомный вес химических элементов, площадь бассейна рек и статистика бейсбольных матчей. В большинстве случаев результаты были близки к ожидаемому распределению.

Метод анализа чисел на предмет их соответствия закону Бенфорда все чаще используется для выявления манипуляций с данными, причем не только в контексте финансовых махинаций, но и во всех тех случаях, к которым этот закон применим.

В 2006 году Скотт де Марчи и Джеймс Гамильтон из Университета Дьюка написали, что предоставленные промышленными предприятиями сведения об уровне выброса свинца и азотной кислоты не удовлетворяют закону Бенфорда, а это говорит о вероятности искажения информации.

На основании закона Бенфорда политолог Мичиганского университета Уолтер Мибейн заявил о возможной фальсификации результатов президентских выборов в Иране. Ученые используют закон Бенфорда и в качестве инструмента диагностики. Так, во время землетрясений верхние и нижние значения показаний сейсмографа подчиняются данному закону.

Continue reading